• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Инструменты промышленной политики в отраслях, смежных с пострадавшими в пандемию коронавирусной инфекции

Ведущие аналитические агентства мира предсказывают сходное с последствиями мирового финансового кризиса 2008-09 влияние пандемии COVID-19 на мировую экономику, что связано с так называемой «Великой Блокировкой»: закрытием границ, самоизоляцией и сокращением активности населения. В результате может пострадать широкий набор отраслей (туристическая, транспортная и рекреационная отрасли, а также отрасль общественного питания и не только). Однако пандемия также может повлиять на функционирование смежных с пострадавшими отраслей.  В данной статье рассмотрен выбор между разными вариантами прямой помощи таким отраслям. Авторы показывают, что меню контрактов позволяет решить проблемы асимметрии информации и ухудшающего отбора, возникающие при выборе между прямыми субсидиями и кредитами как мерами поддержки отраслей, смежных с отраслями, наиболее пострадавшими от пандемии.

Инструменты промышленной политики в отраслях, смежных с пострадавшими в пандемию коронавирусной инфекции

Аналитическая статья экспертов Института конкурентной политики и регулирования рынков Карины Ионкиной, Ольги Марковой и Антона Морозова


Текущую экономическую ситуацию, связанную с распространением коронавируса и введением режима самоизоляции, закрытием границ, а также с остановкой производства многих компаний — так называемую «Великую Блокировку» («Great Lockdown») нередко сравнивают с последствиями Великой рецессии.

Однако, в отличие от них, последствия пандемии значительно отличаются как по скорости распространения, так и по ширине охвата отраслей. Великая рецессия выявила накопленные в отраслях проблемы, поэтапно их вскрывая, расширяясь на всю экономику страны и захватывая новые национальные экономики. В условиях пандемии, напротив, под угрозой одновременно в разных странах оказались множество отраслей: туристическая, транспортная и рекреационная отрасли, а также отрасль общественного питания.

Изменение функционирования пострадавших в пандемию отраслей напрямую влияет на смежные отрасли, компании в которых также могут столкнуться с необходимостью приостановления или даже закрытия производства. В результате риски передаются по цепочкам создания ценности, что приводит к рецессии во всей экономике. Таким образом, последствия пандемии для экономики могут быть сравнимы, скорее, с последствиями природных катаклизмов, а не экономического кризиса. Высокая скорость распространения текущего экономического кризиса требует адекватной реакции со стороны государства и выбора инструментов промышленной политики, которая будет включать как реактивные, так и превентивные меры, направленные на снижение скорости распространения кризиса.

Современный кризис также сопровождается проблемам на рынке капитала, что может отсрочить восстановление мировой экономики: в результате сжатия рынка капитала компании в отраслях, не пострадавших напрямую от пандемии, могут также столкнуться с финансовыми трудностями. Таким образом, регуляторы должны учитывать эту особенность и выбирать инструменты промышленной политики, которые позволят пережить кризис компаниям на рынках, смежных с пострадавшими.

Выделяют три подхода к промышленной политике: структурная (селективная), либеральная (горизонтальная) и новая промышленная политика. Селективная промышленная политика заключается в поддержке отдельных отраслей и предприятий, не принимает во внимание рыночные стимулы и эффективность предприятий, которым предоставляется поддержка. Таким образом, первый подход связан с преимущественно антиконкурентными эффектами.

Горизонтальная промышленная политика объединяет меры, направленные на стимулирование конкуренции, развитие человеческого капитала и снижение административных барьеров.

Новая промышленная политика сочетает положительные стороны селективной и горизонтальной промышленной политики, дополняя их помощью в координации инвестиций и компенсацией внешних эффектов. Среди отличительных особенностей инструментов новой промышленной политики выделяет следующие:

- стимулирование отраслей с активной конкуренцией;
- стимулирование секторов, в которых заняты работники с высокой квалификацией;
- учет возможных конкурентных эффектов промышленной политики;
- горизонтальные меры промышленной политики (поддержка секторов и предприятий, не основанная на адресной помощи отдельным предприятиям).

Последние два подхода имеют, скорее, проконкурентные эффекты.

Существует широкий перечень инструментов промышленной политики, которые государство может использовать в целях сокращения негативных последствий пандемии в отраслях, смежных с непосредственно пострадавшими. Среди них необходимо выделить прямые меры, которые широко обсуждаются:

прямая помощь компаниям и отраслям:

- субсидирование нуждающихся компаний,
- предоставление льготных кредитов бизнесу,

косвенная помощь компаниям [1]:

- государственные закупки,
- стимулирование спроса (раздача денег населению).

Выбор среди инструментов прямой помощи компаниям, не пострадавшим напрямую от пандемии, связан с двумя аспектами. Во-первых, эта помощь рассматривается государством как цель второго порядка — первоочередной задачей все же является поддержка непосредственно пострадавших отраслей. Во-вторых, такой выбор направления помощи связан с асимметрией информации относительно того, кому действительно требуется финансовая поддержка: отдельные компании могут мимикрировать под пострадавших и завышать понесенные из-за пандемии расходы или даже целенаправленно отказываться от мер по выходу из кризиса, чтобы получить финансовую помощь. Таким образом, дизайн мер промышленной политики в условиях пандемии должен создавать стимулы для компаний, действующих в отраслях, смежных с пострадавшими, к принятию мер по выходу из кризиса.

Следовательно, одной из основных проблем для государства при выборе мер и объема поддержки является асимметрия информации относительно величины ущерба от пандемии. Так, все компании, действующие в смежных отраслях, можно разделить на две группы:

- действительно пострадавшие,

- мимикрирующие под пострадавших, то есть те фирмы, которые или не несут значительных потерь, или не готовы прикладывать усилия для выхода из кризисной ситуации, однако рассчитывают на поддержку со стороны государства.

Поскольку целью государства является поддержка только пострадавших фирм, необходимо отделить действительно пострадавшие компании от мимикрирующих и оказывать помощь только тем участникам, которые понесли значительные убытки в условиях пандемии и при этом готовы и способны прикладывать усилия для того, чтобы “выжить” в условиях кризиса.

Фактически мы можем говорить о наличии проблемы предконтрактного оппортунизма, которая исследуется в рамках экономической теории контрактов. Классическим примером этой проблемы выступает ситуация, когда заказчик (принципал) ищет исполнителя (агента) для выполнения определенной работы. Для выполнения такой работы агент должен обладать определенными характеристиками (например, уровень квалификации), которые скрыты от принципала, но известны агенту. Решением проблемы является формирование меню контрактов, которое позволяет выявить характеристики агентов, которые изначально были скрыты от принципала.

Вопрос формирования оптимального меню контрактов для ситуации асимметрии информации поднимался в работе Лаффонт и Тироль (1986) [2]. Авторы показали, что оптимальное меню контрактов в данном случае имеет вид непрерывной шкалы. Тем не менее, на практике это весьма затруднительно.

Роджерсон (2003) [3] предлагает двухэлементное меню, которое, как показывает автор, дает решение близкое к оптимальному меню контрактов. В модели Роджерсона принципал желает назначить минимально возможную цену контракта, которая соответствует уровню издержек агента, однако этот уровень издержек принципалу заранее неизвестен. В этой ситуации принципал может предложить агенту следующее меню контрактов:

- фиксированная цена;
- ценообразование по принципу возмещения расходов.

Агенты со сравнительно низкими издержками производства (ниже предложенной фиксированной цены) выбирают первый тип контракта, поскольку могут при таком механизме извлечь прибыль. Агенты со сравнительно высокими издержками производства выбирают второй вариант, при котором они обязаны раскрыть принципалу информацию о своем уровне издержек (автор рассматривает ситуацию закупок в оборонной отрасли, когда поставщик обязан полностью раскрывать свои издержки и несет уголовную ответственность за искажение таких данных). Однако второй вариант не создает для агента стимула снижать издержки, поскольку они всегда будут компенсированы в полном объеме. В случае фиксированной цены агент может, приложив усилия, снизить свой уровень издержек, но при полном возмещении расходов агенту не выгодно прикладывать такие усилия.

Неравномерное влияние пандемии на отрасли экономики может приводить к тому, что для отраслей, косвенно пострадавших от кризиса, может возникнуть асимметрия информации при выборе объектов для поддержки. Поэтому ситуацию государственной антикризисной поддержки бизнеса также можно интерпретировать в терминах агентских отношений: принципал (государство) желает компенсировать агенту (компании) издержки, которые тот понес в результате кризиса, чтобы не допустить выбытие агента с рынка (и тем самым, чтобы предотвратить разрыв цепочки создания стоимости). При этом только агент обладает информацией о понесенных им вследствие кризиса издержках (асимметрия информации).

Если принципал (государство) предложит фиксированную субсидию, то она сможет покрыть издержки только тех компаний, чьи издержки ниже размера субсидии. Однако компании могут прикладывать дополнительные усилия, чтобы сократить свои потери и в этой ситуации использование фиксированной субсидии создает для компаний стимулы прикладывать такие усилия. Если же принципал решает субсидировать агентов в размере понесенных ими издержек, то, с одной стороны, он гарантированно предотвращает выход компаний с рынка (и предотвращает разрыв цепочек создания стоимости), но, с другой стороны, у агентов исчезают стимулы к снижению полученных в результате кризиса издержек (даже напротив, им выгодно их завышать).

Чтобы создать стимулы для агента к принятию мер по снижению издержек от последствий кризиса, принципал может обеспечить получение агентом кредита вместо безвозвратной субсидии. В этой ситуации у агента нет стимулов завышать требуемую сумму, поскольку впоследствии кредит придется возвращать. Кроме того, у предприятия сохраняются стимулы прикладывать усилия к сокращению ожидаемых издержек кризиса. Однако в действительности получение заемных средств связано с дополнительными трансакционными издержками для фирм и некоторые компании не смогут получить кредит даже на льготных основаниях. Компаниям, для которых получение кредита оказывается чрезмерно затратным, целесообразно предложить фиксированную субсидию.

Следовательно, принципал может предложить агенту выбрать одну опцию из следующего меню контрактов:

- фиксированная субсидия;

- кредит на льготных основаниях.

Если агент выбирает субсидию, значит его потери от кризиса не так велики либо он имеет возможность сократить их, приложив соответствующие усилия, а оформление кредита для него связано с чрезмерными издержками. Если агент предпочитает кредит, значит его потери превышают размер субсидии, но при этом он не станет получать кредит на сумму, превышающую его потери, что сохраняет для него стимулы прикладывать усилия, чтобы сократить издержки, связанные с кризисом.

Таким образом, механизм самоотбора (меню контрактов) позволяет решить проблему асимметрии информации, возникающую при выборе мер поддержки отраслей, смежных с отраслями, наиболее пострадавшими от пандемии. Предложенный вариант меню контрактов включает две альтернативы (быструю небольшую субсидию и длинный кредит на льготных условиях), обеспечивая адресную поддержку компаниям, наиболее пострадавшим в период пандемии COVID-19.

[1] Данная группа мер требует отдельного рассмотрения, однако она находится за пределами интересов данного раздела. Подробнее о возможных инструментах стимулирования спроса см., например, https://www.rbc.ru/economics/14/04/2020/5e94f1149a7947ea36d72ee8
[2] Laffont J. J., Tirole J. Using cost observation to regulate firms //Journal of political Economy. — 1986. — Т. 94. – №. 3, Part 1. — С. 614-641.
[3] Rogerson W. P. Simple menus of contracts in cost-based procurement and regulation // American Economic Review. — 2003. — Т. 93. — №. 3. — С. 919-926.